Новая профессия: смехотерапевт
«ШУТИТЬ ИЗВОЛИТЕ, ДОКТОР?»

Кэн Че Ри не прочитала ни одной книги по медицине, психологии или философии. Но богатые «новые русские» готовы отдать сотни долларов, чтобы попасть к ней на лечебный сеанс...

«Я рождена быть комической актрисой, – с некоторым кокетством сказала мне Кэн при встрече. Такое заявление звучало несколько странно: скорее Кэн Че Ри производила впечатление расчетливой и ужасно деловой женщины. Да это не удивляет: жизнь научила ее – кореянку из Иркутска, чудом осевшую в столице, осмысливать все происходящее холодным и трезвым умом, бороться за выживание, всегда рассчитывая только на себя.

В Москву Кэн попала, в общем-то, случайно: тогда, семь лет назад, Кэн серьезно увлекалась кришнаизмом, ну а где же ей найти коллег по интересам, как не в пресыщенной всевозможными религиозными исканиями белокаменной? Потом увлечение кришнаизмом прошло. И осталось одно – желание выбиться «в люди», пожить по-человечески. Желание это только возрастало от ощущения того, что в Москве человеку «не нашей» национальности трудно добиться чего-то, не влезая в криминал. Впрочем, упорства и привычки к трудностям Кэн было не занимать.

Свою деятельность она начала в качестве брокера на бирже недвижимости. Место было, что скрывать, блатное, и для того, чтобы пробраться туда, Кэн пришлось серьезно «поработать локтями». Были и другие виды бизнеса – и везде врожденная смекалка и трезвый расчет выручали Кэн. Была она и учителем в элитной школе – преподавала языки и хорошие манеры...

За два гада она вроде бы встала на ноги. Освоила хитрую науку бизнеса, научилась видеть золотую рыбку удачи сквозь воды неудач и поражений. Скопила сумму, которой, по ее расчетам, должно было хватить надолго... Но в один момент все рухнуло. Банальная история, конечно, со всеми может случиться: доверилась банку, который считался солидным, ну а мсье банкир удрал за рубеж со всем капиталом, оставив Кэн и многих ее товарищей по несчастью у разбитого корыта.

– Впервые я поняла, что деньги совершенно не решают проблем. У людей с достатком гораздо больше стрессов, чем у обычных людей. Я об этом никогда не думала, считала, что заработаю какую-то сумму и избавлюсь от всей той мути, что меня окружает, Не получилось...

Однако, кроме деловой хватки и решительности, природа наградила Кэн оптимизмом и чувством юмора. И именно они помогли ей преодолеть стресс и понять, что жизнь ее не сломана коварным банкиром, что впереди ее ждет еще много хорошего.

– Помню, зашла я как-то к своей подруге. Дело было летом, пошли пройтись на Москву-реку, в парк. По дороге говорили о моих неприятностях, да у нее и своих нашлось достаточно. В общем, плакались друг другу в жилетку. Нервы у обеих на пределе. А я вдруг ни с того ни с сего ляпнула какой-то анекдот – совершенно на отвлеченную тему. И мы с подругой просто закатились. Это был настоящий взрыв смеха – смеялись, помню, минут пятнадцать без остановки, даже на траву рухнули – живот свело. А как отсмеялись, почувствовала, что мне стало намного легче.

Идея создания «скорой помощи клоунов» пришла в голову основателю Бостонского цирка «Большое яблоко» Майклу Кристенсену после того, как от рака умер его брат. После первого выступления Майкла с группой товарищей-волонтеров в детском госпитале Бостона Кристенсен понял, что это и есть дело его жизни. В течение последующих десяти лет аналогичные бригады «скорой помощи клоунов» были организованы в Нью-йорке и при других госпиталях Бостона. Затем идея была экспортирована» во Францию, Германию и Бразилию.

Может быть, простой человек, посмеявшись от души, удовлетворился бы полученным результатом и забыл бы об этом. Простой человек, но не Кэн, в которой взрыв смеха, казалось, разбудил все дремавшие до поры силы.

– Я подумала, что, раз смех помог мне, он может помочь и другим. А многие состоятельные люди сейчас все в проблемах, в комплексах – им это наверняка будет полезно...

Так Кэн неожиданно открыла для себя новый вид бизнеса – увлекательный, не похожий ни на что из того, чем ей приходилось заниматься ранее. Долго думала, прикидывала, лелеяла свою методику, пока не приняла у себя первого клиента...

Идея смехотерапии, лечения смехом, конечно же, родилась не в голове Кэн. О целительной силе смеха знали все комедиографы, начиная от Аристофана и кончая Чаплиным. Существовали даже специальные методики, направленные на лечение смехом душевнобольных.

Но обо всем этом Кэн не знала – разве что смутно догадывалась. Она, не читая ни одной книги по психологии, философии, медицине (единственное, что она читает на протяжении последних двух лет – русская классика), не посещая лекции психотерапевтов, сумела разработать свой способ лечения смехом.

Ученые придумали серьезные названия для нового веселого вида лечения – «психо-невроиммунология (обозначающее влияние эмоций и мыслей на работу иммунной системы) и «гелотология» (gelos в переводе с греческого – «смех»).

– Вообще-то один способ для всех найти невозможно: люди разные, и проблемы у них отличаются. Просто первый раз взглянув на человека, я уже вижу, что ему нужно, как его пронять... У меня «на вооружении» десятки способов заставить человека рассмеяться – от анекдотов, «хохмочек» и мимики до... серьезной беседы, такой вариант тоже возможен.

Первым ее клиентом (разумеется, бесплатным) стала давняя подруга – настороженный, запутавшийся в личной жизни человек. Казалось, через скованность, невидимой стеной окружавшую девушку, пробиться будет невозможно: каждая попытка Кэн зажечь огонек смеха в ее глазах приводила лишь к тому, что пациентка все более отдалялась от целителя...

– ...И тогда я сделала вещь, совершенно неожиданную даже для самой себя. Я накинулась на нее и стала... щекотать. И это подействовало: ее охватил шок, который и разрушил всю ее оборону. Она начала смеяться – и вскоре уже не от щекотки, а сама по себе. Потом эту «шоковую терапию» я пробовала на других своих пациентках, когда чувствовала, что им необходимо именно это. И каждый раз такой подход помогал!

Исследования сотрудников Стэнфордского университета (Калифорния, С»А) доказали, что смех поможет людям избавиться от множества недугов благодаря активизации сердечной деятельности и кровообращения, а также усилению активности естественных защитников организма – белых кровяных телец (лейкоцитов).

С тех пор у Кэн перебывало великое множество пациентов – все из круга обеспеченных людей, бизнесменов, «новых русских»... Она заметила, что мужчин и женщин среди се пациентов было примерно поровну: стресс не делает различий между полами, мужчина порой оказывается даже уязвимее «слабого пола».

В определенных кругах Кэн приобрела популярность. Клиенты передавали ее телефон своим знакомым – и это в очередной раз убеждало «смехотерапевта» в том, что бизнес успешно развивается. Хотя бывали в ее практике и весьма непростые случаи.

– Труднее всего оказалось рассмешить банкира. Его пушкой не прошибешь, настолько крепка психологическая броня. А легче всего общаться с менеджерами, торговыми агентами – они, как правило, сами люди веселые, разговорчивые, заводятся с пол-оборота.

Да, для каждого человека существует своя неповторимая «смешинка» – та, которая заставит его на время забыть о своих проблемах, стать самим собой, вернуться в детство. И на поиск этой «смешинки» у Кэн уходит немало времени.

– Откуда я беру свой «расходный материал»? Иногда достаточно просто напомнить человеку кусочек старого фильма – ведь все мы, независимо от социального положения, любим те же гайдаевские комедии. Иногда читаю кусочки из своих собственных юмористических рассказов – кстати, сейчас я пишу очень веселый роман в стиле японской средневековой прозы. А бывает достаточно просто рассказать анекдот.

Когда мизантроп попал на прием к доктору, стороннику смехотерапии, врач после всестороннего обследования спросил его: «Вас раздражают дети, играющие во дворе?» – «О да, доктор». – «Тогда закройте на минуту глаза». В этот момент доктор надел маску клоуна. «А теперь откройте глаза. Ну что, вы по-прежнему сердитесь на них?». Отойдя от приступа хохота, старик протер глаза: «Ну что вы, доктор, как можно? Они ведь дети...»

...На моих глазах «стильная» и изысканная Кэн вдруг сотворила из своего лица с помощью невероятной гримасы нечто, так и просящееся в персонажи мультфильмов и верещащее ужасно знакомым голосом Пятачка. И, поверите вы или нет, даже мне, философствовавшему с Кэн о целительной силе смеха и его разновидностях на протяжении доброго часа, вдруг стало до невозможности смешно. А Кэн, в мгновение ока принявшая свой прежний вид, довольно улыбнулась.

– Согласна, смех смеху рознь. Скажу честно, я – человек крайне разборчивый в этом смысле. Терпеть не могу, скажем, анекдоты, построенные на высмеивании чьих-то недостатков. Жалко того же Брежнева – а люди и рады посмеяться над стариком. Не терплю анекдотов на национальные темы – и не только потому, что я сама отношусь к «нацменьшинствам». Не люблю жестокого смеха!

Кэн достаточно уверенно чувствует себя в роли смехотерапевта – как-никак год стажа сказывается. Занятие это. что скрывать, существенно поправило ее материальное положение – клиенты платят щедро (но в соответствии с результатом – не преминула вставить Кэн). Один из них в порыве благодарности недавно подарил ей тур в Испанию, правда, имени своего благодетеля сама Кэн не знает...

Занятие смехотерапией повлияло в психологическом плане и на нее саму.

– Часто говорят «Врач, исцели себя сам!». Конечно же, я не считаю себя вправе лечить людей смехом и находиться при этом в мрачном настроении. С моими депрессиями – на деловой ли, на личной почве – давно уже покончено. Я стала чаше смеяться сама, а не только во время сеансов смехотерапии. И если смех действительно продлевает жизнь, буду жить больше ста лет!

Да, времени у Кэн впереди достаточно. И она со свойственным ей рационализмом уже расписала, чем его занять:

– Идей у меня много... Обо всех говорить сейчас не буду – коммерческая тайна. Думаю, у деловых людей они будут иметь успех.

Однако Кэн все-таки проговорилась, что в качестве наиболее реального проекта она подумывает об организации детского сада . для взрослых.

– Знаете, многие сейчас были бы рады скинуть с себя груз прожитого, вернуться в детство... Я так и вижу небольшой пансион с уютной домашней кухней, игрушками, детскими кроватками и воспитательницами, где любой сможет забыть на некоторое время, что он – деловой человек, директор банка или крупной фирмы. У меня он будет просто Володей или Димочкой. Я очень люблю детей! И не смейтесь, пожалуйста, я сейчас говорю совершенно серьезно...

Странный она человек – смесь холодного расчета и детской непосредственности, практичности и склонности к авантюрам... Но Кэн – такая, как она есть, – чувствует себя счастливой. Даже сейчас, при нестабильности в стране, да и в ее собственной жизни (ведь Кэн пока еще не нашла своего суженого). И ухитряется при этом делать счастливыми других – пусть не всех, а тех, чей кошелек позволяет заходиться в пароксизмах хохота на полу скромной квартиры смехотерапевта.

...Многие знакомые действительно посмеиваются над ее проектами. Впрочем, Кэн это только радует: смех действительно стал частью ее имиджа. Есть и другие соображения: не принимают идею всерьез – значит, не украдут. Ну а в своей способности воплощать в жизнь кажущиеся безумными идеи Кэн не сомневается.